DMK

Искусственный интеллект стремительно ворвался в нашу жизнь не так давно, но уже вызвал тревогу и опасения в части безопасности для его создателя - человека. Илон Маск выходил из состава учредителей одной из первых и обильно финансируемых им компаний по разработке и обучению нейросетей OpenAI, когда появились сомнения в полном контроле над ситуацией со стороны человека.
Однако, неоспоримым кажется положительный эффект от использования больших баз данных и ИИ аналитики в решении серьезных задач, стоящих перед современной медициной. Вот интересная, на наш взгляд, история, в которой настоящая любовь к близкому существу, пусть даже и не относящемуся к роду хомо сапиенс, и использование передовой науки в благих целях, стирают границы возможного и делают человека всемогущим.
Житель Сиднея узнал, что у его собаки рак кожи, спросил у ChatGPT, какие виды лечения доступны, и узнал о персонализированных мРНК-вакцинах. Он заказал секвенирование генома собаки, проанализировал полученные данные с помощью AlphaFold, выбрал участки, кодирующие потенциальные опухолевые антигены, и нашел специалистов, которые сделали мРНК-вакцину и ввели ее животному вместе с ингибитором контрольных точек. Новообразования уменьшились, собака снова стала бодрой и активной. Опухоли исчезли не полностью, и пока непонятно, сколько проживет питомец, но улучшение состояния было впечатляющим. Научное сообщество восприняло этот случай как яркую демонстрацию возможностей противоопухолевых мРНК-вакцин.
Пол Коннингем из Сиднея в 2024 году узнал, что у его собаки Рози мастоцитома — рак кожи, связанный с тучными клетками. На момент диагноза Рози было всего пять лет. У Коннингема нет медицинского образования, однако он компьютерный инженер и специалист по работе с большими данными — соучредитель компании Core Intelligence Technologies, которая занимается машинным обучением и консультированием веб-разработчиков, а также директор австралийской Data Science and AI Association.
Коннингем начал спрашивать ChatGPT о том, какие терапевтические опции доступны для собак с онкозаболеваниями. Во время беседы он узнал о персонализированной иммунотерапии на основе мРНК и решил самостоятельно создать такую вакцину. Он обратился в Центр геномики Рамацотти Университета Нового Южного Уэльса, где оплатил секвенирование генома собаки. Директор Центра Мартин Смит отмечает, что такой запрос в его работе не является чем-то необычным: австралийцы любят собак и интересуются генетическими исследованиями.
Объем полученных данных составил около 150 миллиардов нуклеотидов, которые надо было проанализировать. За время, которое для этого потребовалось, рак продолжал прогрессировать, хирургические операции, химиотерапия и иммунотерапия не могли его остановить, кожные новообразования начали отекать и кровоточить. Чтобы найти мутировавшие белки опухоли, Коннингем использовал инструмент AlphaFold от DeepMind, и даже с ним задача была сложной. Несколько упрощал ее тот факт, что мастоцитома — «горячий» рак, клетки которого содержат много мутаций. После того, как он выбрал семь мишеней, получить вакцину ему помог директор Института РНК университета Пал Тордарсон, пионер в области наномедицины. Он говорит, что Коннингем — вероятно, первый неспециалист, который создал персонализированную противоопухолевую вакцину. По-видимому, это также первая персонализированная мРНК-онковакцина для собаки.
Для того, чтобы ввести вакцину Рози, нужно было получить этическое одобрение. На это ушло три месяца систематической работы, и, по отзыву Коннингема, это потребовало больше труда, чем сама разработка вакцины. Никто в Институте РНК не мог сделать инъекцию, знакомые ветеринары тоже не брали на себя ответственность. Уколы согласилась сделать профессор Рэйчел Аллавена, заместитель руководителя ветеринарной школы Университета Квинсленда и эксперт в области иммунотерапии животных. Университет Квинсленда находится в Брисбене, хозяину с собакой пришлось ездить туда.
Первую инъекцию Рози получила в декабре 2024 года, вторую — в феврале. Вакцину вводили в ткани вокруг опухоли в сочетании с ингибитором иммунных контрольных точек. После инъекций сначала развился отек, но потом он спал, и опухоли начали уменьшаться. В декабре собака чувствовала себя совсем плохо, а через шесть недель после лечения «она увидела кролика и перепрыгнула через забор, чтобы поймать его», рассказывает хозяин. В общей сложности три месяца прошло от почти безнадежного состояния до выздоровления.
«То, чему Рози учит нас, — с применением мРНК-технологий персонализированная медицина может быть очень эффективной и выполняться чувствительным к времени способом», — говорит Пал Тордарсон.
Не все опухоли отреагировали на лечение, и пока неясно, насколько длительным будет ответ, но вакцинация точно продлила жизнь Рози. Пол Коннингем собирается секвенировать участки опухоли, не ответившие на лечение.
Передовые технологии в лечении онкологии в Южной Корее успешно внедряются во многих госпиталях. На передовом инновационном фундаменте строит свою работу Медицинский центр Самсунг (информация на нашем сайте dmk-vvo.com)

Медицинский туризм в Корею с Докс Медикал Современное, высокотехнологичное оборудование для проведения диагностики и оперативного лечения. Передовые методы химио- и лучевой терапии. Оперирующие хирурги-....